В предыдущих выпусках новостей об отпадении американцев от религии я рассказывала о том, почему так много американцев сейчас относят себя к категории " нерелигиозных", в то время как всего полвека назад почти все американцы были в той или иной степени приверженцами религии. (Это сложный и многогранный вопрос, но, если кратко, в основном дело в сочетании того, что христианство ассоциируется с ультраправой политикой, и того, что со временем быть нерелигиозным стало более социально приемлемым).

Однако изменения коснулись не только самоидентификации американцев. В своей новой книге "Великое расцерковление: кто уходит, почему уходит и что потребуется, чтобы вернуть их обратно?" (The Great Dechurching: Who’s Leaving, Why Are They Going and What Will It Take to Bring Them Back?) Джим Дэвис, Майкл Грэм и Райан Бурдж утверждают, что наиболее резко может измениться ситуация с регулярным посещением культовых зданий. "В настоящее время мы находимся посередине самого масштабного и стремительного религиозного поворота в истории нашей страны, - утверждают они. - Около 15% ныне живущих взрослых американцев (приблизительно 40 миллионов человек) фактически перестали ходить в церковь, и большая часть этого отпадения от церкви произошла за последние 25 лет".

Несмотря на то, что авторы исследования отмечают некоторые различия в скорости расцерковления в различных демографических группах (например, испаноязычные американцы уходят из церкви медленнее других), в каждой группе наблюдается тенденция к дистанцированию от традиционного богослужения. Как пишут Дэвис, Грэм и Бердж: "Ни одна богословская традиция, возрастная группа, этническая принадлежность, политическая ориентация, образовательная ступень, географическая область или категория доходов в Америке не избежала расцерковления".

Авторы сосредоточили свое внимание на христианах отчасти потому, что христиан в Америке гораздо больше, чем людей любой другой веры. Однако у авторов книги есть цель, которой нет у меня: она утверждает, что нужно вернуть расцерковленных американцев к регулярным богослужениям. ( Все трое авторов книги - пасторы.) Данные, которыми они со мной поделились, говорят о том, что "расцерковление" особенно распространено среди буддистов и иудеев - почти половина из них не посещает богослужения регулярно, как и 30% представителей большинства христианских деноминаций и около 20% мормонов и православных. (Мусульман, индуистов и сикхов в выборке было недостаточно для статистической достоверности).

Когда я задала читателям "Таймс" вопрос об отходе от религии (ответили более 7000 человек), я спросила, скучают ли они по чему-либо связанному с традиционным религиозным культом, и, если да, то какие ритуалы заменили для них регулярное посещение церкви, храма или мечети. (Напоминаю, что эти читатели не являются демографически репрезентативной выборкой американцев - например, хотя среди респондентов в целом было много географических, расовых и религиозных различий, почти все читатели, с которыми я общалась, получили высшее образование).

Некоторые опрошенные, как правило, атеисты и агностики, сказали, что не испытывают никаких сожалений и рады избавиться от всего, что хоть как-то напоминает богослужение. Неудивительно, что среди представителей этих групп доля отказавшихся от церкви была самой высокой: 94% атеистов и 88% агностиков.

Однако многие сказали, что им не хватает некоторых элементов традиционного богослужения, и многие из этих людей по-прежнему верят в Бога или в некоторые положения своих прежних религиозных традиций. Они искали замену традиционному богослужению, и чаще всего это были отдых на природе, медитация и физическая активность - в общем, все то, что помогало им отвлечься от собственных мыслей и тревог материального мира. Опыт 60-летней Кэти Келлер, живущей в Мичигане и покинувшей католическую церковь из-за скандалов, связанных с сексуальным насилием над детьми и вмешательством в здравоохранение, которое негативно сказывается на женщинах, достаточно показателен. По ее словам, она больше не ходит в церковь регулярно, но все еще верит в высшие силы и иногда молится. "Я стараюсь проводить воскресное утро на улице, любуясь красотой природы", - говорит она.

Другие пытаются прокладывать новые религиозные пути. Одним из примеров может служить наблюдаемая в основном среди молодых американцев склонность к "деконструкции" христианства. Как объяснила в этом году моя коллега из отдела новостей Рут Грэм, " у деконструкции есть широкий спектр определений и результатов - от более глубокого понимания веры, которую когда-то принимали некритически, до полного отказа от религиозных убеждений".

Процесс деконструкции христианства, - по крайней мере, в том виде, как многие авторы описывают его в TikTok и Instagram, - часто начинается с сомнения в консервативных представлениях церквей, в которых они выросли, о расовых, гендерных, политических и сексуальных вопросах. Сегодня этот подход особенно актуален: буквально на прошлой неделе Южная баптистская конвенция проголосовала за то, чтобы не допускать женщин к пасторскому служению.

29-летний Доннелл Маклахлан, живущий в Чикаго, с 2021 года делится историей своей деконструкции в TikTok, где у него почти 250 000 подписчиков. Он вырос в маленькой, по его словам, негритянской церкви в районе Саут-Сайд в Чикаго, которая придерживалась пятидесятнических и апостольских традиций. Церковь много сделала для него и для его семьи, когда он был ребенком, однако он почувствовал, что эта вера основана на страхе и осуждении.

"Я начал замечать разрыв между тем, что мы исповедовали, и тем, что мы делали на практике", - рассказал он мне. Особенно, когда дело касалось женщин, L.G.B.T.Q. сообщества и Black Lives Matter. Какое-то время они с женой пытались посещать другую церковь, которая казалась более современной, однако, по словам Маклахлана, "я стал замечать многие из тех же моделей" религиозного консерватизма, "которым просто придали более привлекательный вид". В то время Маклахлан учился в семинарии и собирался получить степень магистра богословия и стать пастором, но, по его словам, когда он узнал больше об истории христианства и его связи с колониальным наследием, он переключился на исследовательскую работу и вместо этого получил степень магистра религиоведения.

Маклахлан сказал, что теперь называет себя "духовным плюралистом", а не христианином, хотя он по-прежнему придерживается некоторых обрядов из своего христианского наследия, таких как молитва, музыка в стиле госпел и "опора на библейскую мудрость, основанную на любви и справедливости". Он сказал: "Религия - это своего рода язык, средство общения с божественным. И так же, как у языка, у религии есть множество интерпретаций и способов выражения. Я верю, что любовь - это высший закон жизни, и стараюсь согласовывать свои духовные практики с традициями, отражающими эту веру". Маклахлан добавил, что нашел источник благодати и сострадания в своем интернет-сообществе: "Делиться своей историей и поднимать настроение другим - тоже своего рода прекрасный ритуал".

45-летняя Джилл Фиораванти, живущая в Мэриленде, - еще один пример читателя, который ищет межконфессиональную общину нового типа. Фиораванти "прошла бат-мицву в консервативной еврейской синагоге и участвовала в работе организации Hillel в моем университете, но почувствовала разочарование, когда не смогла найти раввина, который провел бы межконфессиональную церемонию бракосочетания для меня и моего мужа-католика", - говорит она.

Когда у них с мужем появились дети, они пытались понять, как быть с религией. Некоторое время они рассматривали возможность чередования религий - например, первый ребенок будет воспитываться католиком, второй - евреем, а третий - католиком. Они решили, что для их семьи такой вариант не подходит, но им все равно хотелось иметь "религиозный, образовательный и духовный дом". Фиораванти поискала и нашла проект "Межконфессиональные семьи", который создали в 1995 году четыре мамы из Вашингтона, округ Колумбия.

В организации есть раввин и пастор, проводятся совместные собрания и воскресная школа, где детей знакомят как с иудаизмом, так и с христианством. Вместо подготовки к бар- или бат-мицве организация предлагает программу подготовки к совершеннолетию, в рамках которой учащиеся седьмого и восьмого классов выполняют двухгодичный проект, пытаясь найти ответы на шесть важных вопросов: "Кто я? Что значит жить осмысленной жизнью? Как мы создаем любимую общину? Почему происходят плохие вещи? Существует ли загробная жизнь? Кто или что есть Бог?" Фиораванти, которая возглавляет совет организации, считает, что ее дети усваивают "основные ценности и принципы, которые делают человека хорошим".

Меррилл Сильверштайн

Одним из основных качеств, которые читатели, похоже, ищут в своих новых духовных сообществах, является то, что они менее закрыты, чем конфессии, в которых они воспитывались. Но именно более "догматические" деноминации и религиозные секты лучше удерживают своих приверженцев, считает Меррил Сильверштайн, социолог из Сиракузского университета, который с 1971 года изучал пять поколений одних и тех же семей Южной Калифорнии. Мормоны и евангельские христиане, входящие в эту выборку, смогли воспроизвести себя на протяжении нескольких поколений в большей степени, чем иудеи, магистральные протестанты и католики, сказал Сильверштайн. Тем временем "люди светских, антирелигиозных или нерелигиозных взглядов производят на свет нерелигиозных, антирелигиозных детей", - сообщил мне Сильверштайн. "Это создает в нашей стране новый, более поляризованный религиозный ландшафт, чем тот, который существовал раньше".

Грэм, один из авторов книги "Великое расцерковление" и руководитель программ Центра Келлера, использовал аналогию с забором: если вы придерживаетесь традиции, у которой "высокий забор", это создает более серьезное препятствие для входа, но также и более серьезное препятствие для выхода. По его мнению, религии с четкими представлениями о том, какую этику они предпочитают, с ясным учением и решительно настаивающие на личном участии в богослужении, окажутся более устойчивыми.

Я спросил, считает ли он, что тенденция отхода от регулярного посещения традиционных культовых зданий будет продолжаться такими же темпами. Он ответил, что, по его мнению, в конце концов, она должна замедлиться, потому что расцерковятся так много людей, что американцев, придерживающихся религиозных традиций, просто не хватит, чтобы поддерживать высокий темп. Грэм согласился с Сильверштайном в том, что дети расцерковленных американцев будут "нецерковными" или совершенно нерелигиозными. Он подытожил свои слова следующим образом: "Думаю, что отход от организованной религиозности как культурное явление будет продолжаться".