«Я уважаю пастора Алексея. Он на самом деле большой человек и я не хотел бы видеть падение этого человека. И поэтому я говорю правду обо всей этой ситуации. Я помню, как пастор Алексей, когда из церкви вышел Андрей Кочкин, принуждал меня сделать заявление от имени украинских пасторов. Я долго противился и говорил: «Я не могу так поступить!» В итоге я сдался и попросил написать заявление вместо меня и, даже не читая его, отправил, так как не хотел быть причастным к этой истории. Я боюсь Бога, и поэтому мне было тяжело решиться на подобный шаг. Ведь я понимал, что, подписав заявление против Андрея – совершу настоящую подлость. Поэтому я обращаюсь сейчас к пастору Алексею, может быть он меня услышит. Я уже разговаривал с ним по телефону и готов обратиться к нему еще раз и повторить сказанное. В Библии написано: «Если ты обличаешь брата, и он не слышит, скажи церкви». Может быть, он услышит этот голос, ведь он стоит на опасном пути”.

Пастор Сергей, как Вы могли бы прокомментировать заявление о выходе из церкви «Новое Поколение»

Проблема «Нового поколения» видна невооруженным взглядом. Эта проблема не связана с Украиной. Она связана с Ригой. Какое отношение я или Украина имели к семье Кочкиных, к Юрию, Сергею, Андрею? Какое у нас было отношение ко всем тем, кто были долгое время вместе и по каким-то причинам оставили пастора Алексея? Можно еще перечислить Бондарцова Николая, Павла Райна, Владимира Токарева, Диму Шлетгауэра. Видно, что это не украинская проблема, а кризис движения в целом. И пастор Алексей должен признать это. Я готов ему помогать, и помогал во всем тем, что говорил правду. Не знаю, говорил ли ему еще кто-то правду.

Да, может быть, ему было неудобно, что я был рядом, но у меня такая натура - я могу сказать человеку правду, со всем почтением и уважением. Но, возможно, это и послужило поводом к выходу. Ему не нравится, чтобы люди говорили правду и даже где-то обличали его. И, несмотря на то, что пастор Алексей пытается сказать, что в Украине проблемы – мы всегда были друзьями. Я уважаю всех пасторов на Украине. И у меня нет к ним ни малейшей обиды, так как я понимаю, что все это сделал пастырь Алексей, это – дело его рук.

Многие украинские пасторы подписали заявление, в котором фактически обвиняют Вас в авторитарном типе руководства и непротестантских нововведениях.

Ну, прежде всего, следует сказать, что те, кому я звонил, вообще не знали об этом письме. Многие даже не знали, что их подпись была включена куда-то без их согласия. Меня спрашивали: «А что, разве уже какое-то обращение вышло?» Поэтому многие подписи из тех, что стоят сегодня, завтра под большим вопросом – останутся они там или нет.

Я вижу, что сценарий «Нового Поколения» остается неизменным. Пастор Алексей Ледяев делает свое дело чужими руками. И в качестве подтверждения того, что я говорю, могу привести такой факт. Я отправил заявление лично пастырю Алексею Ледяеву о том, что я выхожу. И никто из украинских пасторов не знал об этом. Но из центрального офиса заявление рассылалось почему-то только тем пасторам, которые находятся в моем непосредственном подчинении. Вместе с заявлением рассылалось также вот это письмо, о котором идет речь. Его написал, как мне кажется, один человек из Украины. И реакция знакомых пасторов подтверждает предположение, что пастор Алексей просто приказал Андрею сделать заявление против меня. Естественно тот, уважая своего пастора сделал это дело тщательнейшим образом.

Но, несмотря на все, я хочу сказать одно: я уважаю пастора Алексея. Он на самом деле большой человек и я не хотел бы видеть падение этого человека. И поэтому я говорю правду обо всей этой ситуации. Я помню, как пастор Алексей, когда из церкви вышел Андрей Кочкин, принуждал меня сделать заявление от имени украинских пасторов. Я долго противился и говорил: «Я не могу так поступить!» В итоге я сдался и попросил написать заявление вместо меня и, даже не читая его, отправил, так как не хотел быть причастным к этой истории. Я боюсь Бога, и поэтому мне было тяжело решиться на подобный шаг. Ведь я понимал, что, подписав заявление против Андрея – совершу настоящую подлость.

Поэтому я обращаюсь сейчас к пастору Алексею, может быть он меня услышит. Я уже разговаривал с ним по телефону и готов обратиться к нему еще раз и повторить сказанное. В Библии написано: «Если ты обличаешь брата, и он не слышит, скажи церкви». Может быть, он услышит этот голос, ведь он стоит на опасном пути. Все церкви, которые отошли от «Нового поколения», хотя пастор Алексей говорил с ними даже не общаться и не здороваться – детский сад какой-то – так вот, все эти церкви растут. Все эти пасторы они развиваются. Сегодня церковь «Новое поколение» очень далека от девяностых годов. Это далеко не тот дух, далеко не та атмосфера.

Я обращаюсь к служителям «Нового поколения» - вы то знаете, о чем я говорю. Ваша совесть будет судима не пастором Алексеем, а Богом! Я призываю вас остановиться! Помогите пастору Алексею, который взошел, как звезда и на самом деле помазанник, не закончить плохими путями. Поэтому моя молитва и о пасторе Алексее и о всех пасторах «Нового Поколения», которые все еще остаются там.

Не могли бы Вы поделиться с нашими читателями своими планами? Что вы планируете делать дальше и как думаете выстраивать взаимоотношения с другими церквями?

На данный момент мы имеем свои приходы в России, Англии, Шотландии, Аргентине. В Украине у нас на данный момент больше 60 церквей. Каждый день примыкают все новые и новые общины. На сегодня не скажу точно, но это 62, или 63 церкви. У нас соборная церковь. Недавно я встречался с княгиней Юсуповой, которая живет в Лондоне и относит себя к православным Московского патриархата. Она выступает за экуменическое движение, и недаром Бог нас с ней свел вместе.

Я – за сотрудничество со всеми церквями, которые в своем устройстве следуют принципу соборноправности. Там где правит совет, а не личность – это хорошо. Но я не хочу иметь тесных отношений с деноминациями, которые строятся вокруг одной личности. Но если церковь управляется советом, подобно тому, как и ранняя церковь, управлялась советом двенадцати апостолов, и Петр мог говорить слова, которые шли в разрез с общим мнением. И Павел мог сказать свое мнение и его никто за это не отлучал. Было подлинное равноправие.

Следует понять, что с моей стороны не было никакого покушения на власть пастора Алексея. Просто для «Нового поколения» пришло время стать соборноправной церковью, но они это отвергли. Я так радовался, когда мне дали поручение разработать структуру международного движения, основанную на принципе равноправия. Но они отпали, и это их право.