Из за всей этой политической шумихи вокруг мормонов вы, возможно, подумали, что Митт Ромни и Джон Хантсман — первые мормоны, пытающиеся сесть в президентское кресло. Однако в борьбе за Белый Дом в разное время участвовали 11 мормонов, в том числе основатель этой религии Джозеф Смит.

Шквал пуль оборвал кампанию Смита в 1844 году. По словам историка Ньюэлла Брингхерста, он был первым кандидатом в президенты, которого убили.

Однако трудности, с которыми столкнулся Смит, живы и по сей день. Опрос, проведенный в июле институтом Гэллапа, показал, что 22% отказываются голосовать за кандидата в президенты из числа мормонов — такого процента не видели с 1967 года. В начале этого месяца известный пастор, поддерживающий кандидатуру техасского губернатора Рика Перри, назвал мормонизм «культом». Ромни только пожал плечами, заявив, что слышал кое-что похуже.

Джозеф Смит тоже слышал кое-что похуже. Изучение его короткой президентской кампании показывает, что антимормонские настроения уходят глубоко в историю США. «Вполне обычные люди были доведены до такого состояния ненависти и страха, которого они никогда не испытывали в другое время», — пишет историк Ричард Лаймэн Бушман в своей книге Joseph Smith: Rough Stone Rolling: A Cultural Biography of Mormonisms Founder.

На шестом месяце своей кампании Смит был убит разъяренной толпой в г. Картедж, штат Иллинойс. Некоторые историки полагают, что его попытка пробиться в белый дом вызвала у людей страх перед грозящей им мормонской теократией. «Это был не страх перед чем-то неведомым», — пишет Бушман. — «Скорее, это был страх перед чем-то хорошо знакомым, которое вдруг начало вести себя неправильно».

Тогда, как и сейчас, именно богословские, а не политические разногласия беспокоят противников мормонизма, говорит Адам Кристинг, режиссер документального фильма о президентской кампании Смита. Смит пытался радикально изменить христианство, вводя в него новые идеи и новые писания, такие как Книга Мормона. Многие христиане заклеймили его как еретика. «Некоторые выражения, которые они использовали в 1830-х годах, можно услышать и сегодня» — говорит Кристинг.

В некотором смысле Смит к тому времени уже был политическим деятелем: мэр, глава магистрата и предводитель отряда самообороны мормонского поселения Нову в штате Иллинойс. Однако этому «необработанному алмазу», как он себя называл, было слишком далеко до президентского кресла. Смит был необразован и неотесан, он сидел в тюрьме за государственную измену, а настроенные против мормонов толпы выгнали его приверженцев из границ штата Миссури. Репутация жадного до власти многоженца преследовала его по пятам, словно свора собак.

И все же Смит сохранял необъяснимую твердость пророка и пребывал в уверенности, что его кандидатура будет полезна стране и Церкви Иисуса Христа Святых последних дней.

После того, как между его церковью и жителями штата Миссури началась война, Смит и другие вожди мормонов обратились за помощью к президенту США Мартину Ван-Бюрену. Ван-Бюрен отказался помочь им, сославшись на то, что он не может рисковать голосами миссурийских избирателей накануне своей новой президентской кампании. В 1843 году разочарованный Смит обратился к главным кандидатам в президенты с одним-единственным вопросом: какова будет их политика в отношении мормонов? Поскольку никто из них не обещал встать на защиту подвергающейся нападкам церкви, Смит и другие лидеры мормонов решили, что он сам должен баллотироваться в президенты.

«Я бы не разрешил моим друзьям каким-либо образом использовать мое имя в связи с титулом президента Соединенных Штатов или кандидата на этот пост, если бы мы с друзьями могли пользоваться нашими религиозными и гражданскими свободами», — заявил Смит.

Историки расходятся во мнениях относительно того, верил ли Смит в возможность победить. Некоторые говорят, что он надеялся лишь создать себе положительный имидж, приобрести новых приверженцев и поиграть в «творца королей» в штате Иллинойс, где мормонские переселенцы, как всем было хорошо известно, голосовали единым блоком.

Другие историки отмечают, что Смит бросил все ресурсы своей церкви на проведение серьезной кампании. «Начинал он действительно как протестный кандидат», — говорит Бушман. — «Но я думаю, что постепенно, как и многие протестные кандидаты, он начал тешить себя надеждой на возможность победить».

В то время, когда жестокие толпы грубой силой попирали права меньшинств, Смит надеялся создать «коалицию гонимых», — говорит Брингхерст. Его политическая платформа была скроена с таким расчетом, чтобы заручиться поддержкой аболиционистов, свободных негров, католиков и прочих гонимых групп населения.

Смит обещал нейтралитет во внешней политике, абсолютную свободу религии, отмену рабовладения, снижение налогов и реформу тюремной системы. Он также хотел вполовину сократить число членов Конгресса и дать президенту «полномочия посылать армию для подавления стихийных волнений».

Чтобы сообщить об этом американцам, более 330 мормонских миссионеров разлетелись по всем 26 штатам и территории Висконсин с брошюрами «Убеждения генерала Смита». Они в равной мере занимались проповедью мормонского учения и рекламой президентской кампании Смита, говорят историки. «Трудно провести четкую границу, когда они говорили от имени церкви, а когда от имени своего кандидата», — говорит Ричард Беннетт, земеститель декана факультета религиозного образования Университета им. Бригама Янга в г. Прово, штат Юта.

Сам Смит не видел большой разницы между своими ролями пророка и политика. «Он был совершенно безразличен к идее разделения церкви и государства», — говорит Бушман.

«Он верил, что Бог избрал его, чтобы восстановить царство Божье на земле», — добавляет Кристинг. — «Он видел себя практически новым царем Давидом».

Сражаясь за кресло президента, Смит также создал Совет Пятидесяти, своего рода теневое правительство, которое должно было увести мормонов на более безопасные земли Запада, где им предстояло дожидаться Второго Пришествия, которое Смит ожидал уже вскорости.

Он находился в состоянии острого когнитивного диссонанса: баллотировался в президенты, ожидая близкого конца света.

Смит так и не дождался реализации своих планов. Его арестовали за разрушение печатного станка, принадлежавшего бывшим мормонам, а впоследствии вновь обвинили в государственной измене. Местные власти боялись его растущей политической и церковной власти.

«То, что он баллотировался в президенты, стало последней соломинкой», — говорит Брингхерст.