Джефферсон Хоукинс поможет нам разобраться с Саентологической этикой
Джефферсон Хоукинс |
Некогда Джефферсон Хоукинс был ведущим специалистом Саентологической церкви по маркетингу и помог ей добиться наибольших результатов с помощью знаменитых телевизионных рекламных роликов «с вулканом» в 1980-х годах. Он поведал историю о том, как пришел в организацию и ушел оттуда, в замечательных книгах «Поддельные мечты» (Counterfeit Dreams) и «Уход из Саентологии» (Leaving Scientology), а сегодня он поможет нам понять вывернутый наизнанку мир Саентологической этики.
Джефф, мы рады, что ты предложил свою помощь в том, чтобы разобраться в книге Л. Рона Хаббарда «Введение в Саентологическую этику». Изобретенная Хаббардом сложная система контроля — это тема, которую нам хотелось бы понять лучше. Как саентологи могут так много говорить об «этике», но при этом совершать поступки, которые любой нормальный человек сочтет неэтичными, — например, разрыв отношений, программа PRF, участие в теневых сделках и многое другое — один из тех моментов, которые постороннему человеку понять трудно. Значит ли это, что они вкладывают в слово «этика» иной смысл, нежели все остальные?
ДЖЕФФЕРСОН: По большей части, да. И в этой книге Хаббард излагает собственное определение этики и свою систему «введения этики».
В обычном словаре слово «этика» объясняется как «нравственные принципы, определяющие поведение человека или группы». Это наш «нравственный компас», если угодно. Это внутренний голос, который подсказывает нам, что правильно, а что неправильно. Хаббард написал «Введение в Саентологическую этику» с целью заменить обычное человеческое понимание этики собственной Саентологической системой, своей «технологией этики».
ОРТЕГА: Джефферсон, мы обратили внимание, что впервые книга была издана в 1968 году. И перед тем, как ты выведешь нас на глубину, давай сначала попробуем поместить эту книгу в исторический контекст. Она была опубликована в то время, когда Л. Рон Хаббард много размышлял на тему дисциплины.
Проведя 1966 год за планированием, в 1967 году в сопровождении группы молодых последователей он поднял паруса и отправился в 8-летнюю морскую одиссею, руководя организацией с борта маленькой эскадры из трех кораблей.
Ему нужно было не только навести порядок в своей «Морской организации». В 1965 году, если мы не ошибаемся, от организации откололись несколько групп, что очень разозлило Хаббарда, после чего он начал «объявлять» людей «подавляющими личностями» с целью избавиться от любого, кто не поддерживал его генеральную линию.
Итак, речь идет о всемирном движении, которое переживало очередной этап роста, — Сент-Хилл как раз находился на гребне успеха и навсегда стал золотым стандартом того, как должна выглядеть Саентологическая организация. Однако вместе с популярностью пришла и необходимость держать все под контролем, и Хаббард боялся потерять контроль. Отсюда и потребность в «этике».
Мы правильно сформулировали контекст?
ДЖЕФФЕРСОН: Да, думаю, вы неплохо описали контекст. Думаю, Хаббарда всегда волновал вопрос контроля, т. е. сохранения Саентологии под своим контролем, чтобы не потерять ее так, как он потерял Дианетику. Еще в 1960 году он запустил идею овертов и висхолдов на Конгрессе состояния человека. Одновременно «этика» стала внедряться в Морской организации. У меня нет под рукой книг OEC (Курса Руководителей Организации) — я отправил их в макулатуру много лет назад, — но, думаю, что «Состояния» появились в 1966 году, равно как и объявление ПЛ, ПИН, разрыв отношений и т. п. Все это появилось как раз в то время, в 1965-1966 годах. Даты составления соответствующих «Инструктивных писем» помогут определиться с хронологией.
Можно сказать, что именно тогда Саентология приобрела все внешние черты культа — непогрешимость руководителя и учения, изгнание и отчуждение всех несогласных, внутреннее ядро фанатиков и т. п. С какого-то момента я пришел к выводу, что эта книга составляет ядро Саентологической методики воздействия на сознание. В Морской организации всякого, кто преступает правила, заставляют снова и снова перечитывать эту книгу. К ней обращаются всякий раз, когда какой-нибудь саентолог начинает сомневаться в Саентологии. Она содержит основные принципы Саентологической «технологии» контроля.
[…]
Перечитывая эту книгу, я обратил внимание на то, что Хаббард использует в ней один прием, к которому он часто прибегает в своих сочинениях… Сначала он описывает, в каком замешательстве и смятении пребывают люди в руках «вогов», а потом утверждает, что в Саентологии эта проблема решена.
Я хорошо знаком с этим приемом. Когда я редактировал журнал Advance!, я прослушал лекцию Хаббарда, в которой он инструктировал сотрудников редакции писать статьи именно в таком стиле: «Религии прошлого так и не решили эту проблему. Им были неведомы основные принципы решения. Они пошли по ложному пути. Они потерпели неудачу. Теперь впервые проблема решена в Саентологии».
Мне стало любопытно, и я забил в поисковую строку Гугла фразу «путаница и гипноз». Угадайте, что было дальше. Этот прием считается одной из самых распространенных методик так называемого «скрытого гипноза».
ОРТЕГА: Так ты думаешь, что Хаббард пытался загипнотизировать читателя?
ДЖЕФФЕРСОН: Нет, я так не думал. Но потом я начал копаться в этом вопросе, который называется скрытым гипнозом. Забудьте стереотипный образ гипнотизера в очках с козлиной бородкой, раскачивающего часами перед лицом пациента с остекленевшим взором. Скрытый гипноз использует такие моменты, как тон голоса, слова и порядок слов, чтобы внушить человеку какие-то убеждения или эмоции без его ведома или разрешения и без введения его в состояние глубокого транса.
Милтон Эриксон |
Эта методика применяется в торговле, политике и, да, в религии. Она основана на принципах непрямого гипноза, разработанных американским психиатром Милтоном Эриксоном (1901-1980). Один из главных приемов Эриксона назывался «приемом запутывания». Он описывал его так:
Когда клиент пытается, побуждаемый своим дружественным ответом на явную оговорку гипнотизера, даным в начале беседы, разобраться в мешанине запутанных и противоречивых ответов, которых гипнотизер явно добивается, он настолько теряется, что с радостью принимает любое позитивное предложение, которое позволит ему выбраться из столь неприятной и запутанной ситуации.
ОРТЕГА: Ты думаешь, Хаббард был знаком с работами Эриксона?
ДЖЕФФЕРСОН: Вероятно, нет — Эриксон был позже. Но Хаббард явно был знаком с подобными приемами. В одной из его лекций 1952 года я нашел такой примечательный отрывок:
Если возникнет ситуация, когда очень важно, чтобы этот человек сделал или не сделал то, чего вы хотите, один из самых грязных приемов межличностных отношений заключается в том, чтобы подвесить человека на «может быть» и породить в его мыслях путаницу. А потом довести путаницу до такой степени, что ваше решение внушается ему гипнотическим образом.
Первая глава книги представляет собой замечательный образчик приема запутывания. Дав поверхностный и упрощенный обзор истории философии в вопросах этики и правосудия, продемонстрировав, как сильно ошибались в этих вопросах Пифагор, Сократ, Платон и Аристотель, и как им не удалось решить эти проблемы, Хаббард подытоживает:
И так продолжалось веками. Один за другим философы пытались решить проблему этики и правосудия.
К сожалению, до последнего времени не существовало эффективного решения этой проблемы, о чем свидетельствует понижающийся этический уровень общества.
Видите? Путаница, путаница, путаница. А затем:
Поэтому, как вы можете видеть сами, важность этого достижения невозможно преувеличить. Мы дали определения терминам, чего не сделал Сократ, и у нас есть работающая технология, которой может воспользоваться каждый, чтобы помочь самому себе выбраться из грязи.
Обратите внимание на тонкость внушения. «У нас», а не «у меня» есть работающая технология. Хаббард уже включает читателя в число тех, кто уже обладает технологией. А «из грязи» — читателю уже внушена мысль о том, что у него серьезная проблема, и потому он «нуждается» в этой новой технологии.
ОРТЕГА: Итак, ты думаешь, что к этому моменту читатель уже соглашается с ним?
ДЖЕФФЕРСОН: Поразительно, как хорошо работает этот прием. Мы склонны доверять людям. Если человек говорит о чем-то авторитетно и с уверенностью (и помните, что тон является одним из элементов скрытого гипноза), мы склонны им верить.
ОРТЕГА: Итак, Хаббард убедил нас в том, что у него есть совершенно новая, дотоле неизвестная система этики. Что дальше?
ДЖЕФФЕРСОН: Хаббард вводит новое понимание этики как «действия, которые человек предпринимает в отношении самого себя». Это уже не просто внутреннее ощущение добра и зла, как мы обычно понимаем этику, но своего рода самоцензура, в процессе которой человек «вводит свою этику». А для того, чтобы осуществлять эту самоцензуру эффективно, нужно знать правила, как это делать, — саентологическую «технологию этики».
Джордж Оруэлл |
Интересно, что Джордж Оруэлл в своей книге «1984» пишет, что так называемый «контроль сознания» — это не когда кто-то другой контролирует твои мысли, а когда человека убеждают контролировать собственные мысли в соответствии с принципами группы.
В оставшейся части главы эти идеи повторяются снова и снова. Человек запутался в вопросах этики и правосудия. На него нельзя полагаться в этих вопросах. В отсутствие «технологии» этики и правосудия общество деградирует и распадается. Хаббард подытоживает:
Человек, у которого вообще нет технологии этики, не в состоянии стать этичным и удержать себя от контрвыживательных действий, и так он доводит себя до слома. И к нему не вернется жизнь, если он не овладеет основами технологии этики и не будет применять их по отношению к себя и другим.
Сцена подготовлена. Хаббард внушил читателям несколько мощных идей. Прежние определения этики неверны. Прежняя история изучения этой темы — сплошная неразбериха и отчаяние. Забудьте о том, что ваш собственный нравственный компас или ваши собственные нравственные принципы могут вас спасти. Единственное решение — изучить саентологические принципы, определяющие, что «этично», а что нет. Вы должны научиться «вводить свою этику».
Обратите внимание на то, что он здесь делает. Он подвел нас к выводу, что ключ к этичной жизни лежит не в самом человеке, а в Саентологии. Задача определения того, что является «этичным», а что нет, перешла от человека к «Саентологической технологии». Отныне человек может быть этичным лишь в том случае, если он знает и применяет Саентологическую технологию.
ОРТЕГА: Мы уже чувствуем себя более этичными!