Внеся множество поправок в законодательство, написанное прежним колониальным режимом, Зимбабве объявила вне закона колдовство. Как заявил министр юстиции Патрик Чинамаса, начиная с июля 2006 года, колдовство будет рассматриваться как уголовное преступление, за которое предусмотрено наказание в виде штрафа или лишения свободы сроком до пяти лет.

До тех пор, пока президент Роберт Мугабе на прошлой неделе не согласился с новыми поправками, Закон о борьбе с колдовством — пережиток колониальной эпохи — запрещал называть кого-либо колдуном, в результате чего о случаях колдовства почти никогда не сообщалось. Полиция также была бессильна — совсем недавно представитель полицейской службы заявил, что доказать обвинение в колдовстве почти невозможно.

«Колдовство не поддается полицейскому расследованию», — говорил Уэйн Будзиджена, представитель зимбабвийской полиции. — «Как доказать, что имело место проклятие? Это вопрос веры, а не объективных доказательств».

Согласно новому закону нанимать колдуна или выступать посредником при такой сделке будет уголовным преступлением, однако закон также защищает тех, кого «безосновательно» обвинили в занятии колдовством.

Важную роль в принятии нового закона сыграла Зимбабвийская национальная ассоциация традиционных целителей, которая насчитывает 50 тыс. членов. Председатель ассоциации, Гордон Чавундука, говорит: «Колдовство и токолоши (демоны и их помощники, гремлины-лилипуты) вновь возрождаются. Причины явно экономические. Чем хуже обстоят дела в экономике, тем больше политическое трение в обществе, тем сильнее разочарование и страх в людях. Они прибегают к колдовству, чтобы разбогатеть или отомстить своим врагам».

Судья Мафиос Чеда, открывая новый судебный год, заявил: «Стойкую веру в колдовство и традиционных целителей нельзя искоренить одними благими пожеланиями. Мы должны изменить столетний Закон о борьбе с колдовством в соответствии с мнением и убеждениями большей части жителей страны».

Хотя многие высокообразованные зимбабвийцы не верят в подобные явления, они считают колдовство частью своего культурного наследия. «Я ни разу не видел токолоши. Токолоши ни разу не нападал на меня, хотя я, как и все, слышал рассказы об этом», — говорит проф. Уэлшман Нкубе, специалист по конституционному праву. — «Я не верю и не отказываюсь от веры. Чужестранцу трудно это понять, но повседневная жизнь в Африке так или иначе тесно связана с духовным миром».

Новые поправки не только не признают искреннее убеждение человека, что он защищался от колдуна или колдуньи, смягчающим обстоятельством в случае убийства, разбойного нападения или другого преступления — напротив, это будет считаться отягчающим обстоятельством.